» » Печенеги, половцы и русь. Хазары - кто это? Хазары, печенеги и половцы

Печенеги, половцы и русь. Хазары - кто это? Хазары, печенеги и половцы

В VII – Х вв. в далеких заволжских степях обитали многочисленные кочевые тюркоязычные народы. В IX вв. поисках новых пастбищ; они начинают движение на запад и доходят до границ Восточной Европы. Первым значительным пришедшим народом были печенеги. Их удар ощутили на себе прежде всего хазары. В конце IX в. печенеги разрушили хазарские крепости на Среднем Дону и прорвались в европейские степи.

Печенеги

Печенеги находились на том уровне формирования ранних форм государства, когда из массы рядовых общинников выделялись наиболее энергичные и становились главами родов и военными предводителями. Из числа родовой знати выбирались вожди племен. Обычно племя включало в себя несколько родов. Современники печенегов византийский император Константин Багрянородный и персидский географ Гардизи писали в своих трактатах, что печенежский союз состоял из восьми племен и насчитывал около 40 родов. Печенеги пребывали в постоянном движении и перемещались по степи со своими стадами. Основу стада составляли кони и овцы. Долговременных стойбищ у них не было, жилищем служили легкие юрты. Юрта – это круглое жилище из войлока и шкур животных на каркасе из деревянных жердей. В центре юрты всегда устраивался открытый очаг.

Грабительские войны были важным способом обогащения племенной верхушки. Печенеги постоянно нападали на соседей, захватывали людей с целью выкупа, уводили скот. Соседние государства стремились заключить с ними мир и откупиться данью.

Хазарский каганат не смог защитить свои владения от вторжения степняков. Печенеги захватили все Подонье и Кубань, продвинулись в Причерноморье. В 892 г. они разгромили здесь степных угров (венгров) и дошли вплоть до устья Дуная. На рубежах русских княжеств печенеги впервые появились в 915 г. Князь Игорь сразу же заключил с ними договор о мире. Константин Багрянородный писал, что русские стремятся быть в мире с печенегами, так как они не могут ни торговать, ни воевать, ни спокойно жить, если находятся во враждебном отношении с этим народом. Однако вскоре византийские дипломаты подкупили печенегов и уговорили их напасть на Русь. Печенеги устроили страшные погромы в пограничных со степью княжествах. Русь начала вести с ними долгую и изнурительную борьбу.



Жестоко страдало от печенегов алано-болгарское население Хазарского каганата. Некоторые поселения сгорели в огне и прекратили свое существование. Особо сильно пострадало население Подонья и Подонцовья. В Приазовье погромов не было. Многие аланы и болгары (русские летописи называют их Черными Болгарами) вошли в племенной союз печенегов и стали кочевать вместе с ними. Значительная часть оседлого населения осталась на своих местах.

Только в 1036 г. Ярослав Мудрый сумел разбить под Киевом большое печенежское войско и положить конец их набегам.

Вскоре печенегов стали теснить с востока родственные им кочевые племена торков. В состав торческого союза входили также берендеи, одна из групп заволжских печенегов, боуты и другие племена. Под ударами русских и напором торков печенеги рассеялись в степи, частично откочевали к Дунаю, частично перешли на пограничную службу к русским князьям и поселились на реке Рось на правом берегу Днепра.

Торки

Господство торков в Восточной Европе было недолгим. Уже в 1060 г. объединенное войско русских разбило их наголову. Как и печенеги, оставшиеся торки расселились небольшими группами на границах Руси, либо откочевали к Византии. До разгрома основные кочевья торков располагались в Донецкой области в бассейне реки Казенный Торец. От них происходит целая серия гидронимов (названия рек) и топонимов (названия местности): Сухой, Кривой, Казенный Торец, Большой Тор, Торецкое городище и город Тор (современный Славянск), поселки Торецкое и Торское в Константиновском и Краснолиманском районах, Краматоровка (современный Краматорск) на Казенном Торце.

Именно в этом степном микрорайоне обнаружены немногочисленные погребения торков: у села Торское в Краснолиманском районе и города Ясиноватая Донецкой области. Во многом они похожи на печенежские. Торки, как и печенеги, хоронили своих сородичей в курганах в ямах с деревянным настилом. Сверху настила клали голову и ноги коня. Самого коня родственники съедали во время тризны (тризна – поминки). Конь был обязательным элементом захоронения. Кочевники верили, что покойные въезжали в рай на коне. Арабский писатель и историк X века Ибн-Фадлан детально описывает погребение умершего торка: в большую яму помещают покойника, одетого в куртку, с поясом и луком, с чашей в руках; потом сородичи убивают лошадей и съедают их мясо, кроме головы, ног, кожи и хвоста, которые помещают на деревянном перекрытии.

В середине XI в. место печенегов и торков в степи заняли половцы. Однако небольшие их группы по-прежнему кочевали между Днепром и Доном. В начале XII в. Владимир Мономах во время одного из походов на половцев встретил в низовьях Днепра орду печенегов и торков и увел их с собой.

Половцы

О половцах русские летописи впервые упоминают в 1054 г. Европейские хронисты называют половцев команами (или куманами), восточные – кипчаками (или кыпчаками). Вся половецкая земля получила название Дешт-и-Кипчак. Такое название оформилось в XII в., когда половцы прочно основались в Европе. Владения половцев простирались от правого берега Днепра до заволжских степей, охватывали Северный Кавказ. Они полностью освоили степь в этом пространстве.

Тяготение половцев к открытым степным просторам объясняется их кочевым образом жизни. Кипчаки были типичными кочевыми скотоводами. Они разводили лошадей, верблюдов, коз и овец, буйволов и коров, в теплое время года половцы кочевали по степи. В холодное время, в отличие от печенегов и торков, устраивали зимовники. Такие зимние становища (сезонные поселки) в русских летописях назывались вежами. Они состояли из юрт и кибиток. Зимой скот свободно пасся вокруг становищ. Незначительная часть половцев оседала на землю и занималась примитивным земледелием. В основном это происходило вокруг существовавших ранее городов или больших местных поселков. Основными продуктами питания были мясо животных и коровье молоко, кумыс (переработанное лошадиное молоко), каши из проса и пшеницы.

Жизнь половцев, как и всех кочевников, была неразрывно связана с конем. Все от мала до велика были прекрасными наездниками. Конь сопровождал половцев и после смерти, в могилы мужчин и женщин клали, как правило, целого коня, уздечный набор, стремена, иногда седло. Умерших хоронили в уже существовавших курганах или насыпали над их могилами новый земляной холм. К мужчинам клали большую искривленную железную саблю, лук и несколько стрел, к женщинам – недорогие украшения. В богатых погребениях находят золотые и серебряные витые браслеты и гривны, круглые зеркала, серьги, колты (большие кольцевидные височные подвески с полой фигурной бусинкой) древнерусского происхождения, медные котлы, дорогую посуду, остатки дорогой одежды с золотым шитьем и нашивными золототканными лентами. Богатые женские погребения с золотыми предметами найдены в курганах у села Новоивановка в Амвросиевском районе, возле Ясиноватой.

Одежда была хорошо приспособлена для верховой езды. Половцы носили узкие штаны, сапоги с узкими голенищами до колен, рубахи, короткие кафтаны без ворота, башлыки (островерхие шапки). Костюмы женщин были похожими, но отличались богатой отделкой. Замужние женщины-половчанки носили сложные и красивые головные уборы, украшения. В обычае мужчин было отращивать на затылке (лоб и макушка выбривались) длинные волосы и заплетать их в две или три косы. Этот обычай вообще характерен для многих тюркских народов; от тюрков он перешел в средневековый Китай. Одежда половцев и убранство хорошо известны по описаниям восточных и европейских путешественников, находкам в погребениях и каменным скульптурам.

Эти скульптуры получили название «каменные бабы». «Баба» – искаженное «балбал», «бабай» (по-тюркски – сильный, уважаемый, воин-богатырь). У кипчаков еще до проникновения в Европу сложился обычай устанавливать на курганах и высоких местах каменные (очень редко деревянные) изображения умерших предков. Почитание предков занимало центральное место в их специальных святилищах. Одно из таких святилищ было раскопано археологами недалеко от Донецка. Каменным «бабам» приносились дары, у них просили защиты и покровительства. Этот обычай кратко и точно описал посол французского короля Вильгельм де Рубрук, который встретил половцев по дороге к монгольскому хану в 1253г. Он писал, что «команы (т.е. половцы) насыпают большой холм над усопшим и воздвигают ему статую, обращенную лицом к востоку и держащую у себя в руке перед пупком чашу». Из многих сотен половецких изваяний в музеях Донецкой области сохранилось только несколько десятков.

Половцы Восточной Европы были частью огромного кипчакского мира, но исторически оказались прочно связанными с европейскими народами, прежде всего со славянами.

Еще до прихода половцев между древнерусским государством и степными кочевниками сложились непростые отношения. Как и все средневековые кочевники, половцы нападали на оседлое славянское население, грабили и уводили в плен людей. Уже в 1068 г. «Повесть временных лет» отмечает первый набег половцев на Русь. Набеги продолжались до начала XIII в. и вызывали ответные походы русских дружин. Летописи упоминают около 40 удачных и неудачных нападений степняков и русских. Особой активностью отличалась половецкая политика Владимира Мономаха. В начале XII в. он несколько раз нападал на половцев (1103, 1109, 1111, 1116 гг.) и наносил им большой урон. Русские люди сталкивались, прежде всего, с пограничными половцами, кочевавшими в Поднепровье и на Дону. Доном в средние века называли Северский Донец. Именно сюда ходили в первую очередь русские отряды. Только один раз Владимир Мономах направил свои дружины в Приазовье. Летописи различают половцев от Дона (т.е. от Северского Донца), моря (Азовского) и от Днепра. В трех этих районах находились три самые крупные в Восточной Европе половецкие племенные объединения.

Центр половецкой земли находился в Северном Приазовье. Русские летописи называют эти земли Лукоморьем. Наивысшая концентрация каменных изваяний (т.е. святилищ рядом с традиционными зимовниками) приходится на южные районы Донецкой и Запорожской областей. За исключением одного раза (1103 г.), Приазовье находилось вне досягаемости русских дружин. В Приазовье отмечены самые ранние половецкие изваяния XI в., т.е. расселение половцев в Поднепровье и Подонье происходило именно отсюда.

Крупным центром половцев от Дона были укрепленные городища на Северском Донце у сел Богородичное, Сидорово и Маяки в Славянском районе Донецкой области, открытые в 20-е годы Н. В. Сибилевым. Они возникли еще в хазарское время. Вместе с половцами здесь проживало оставшееся оседлое алано-болгарское население. Возможно, это летописные города Шарукань, Сугров и Балин, которые в 1116 г. ходил покорять Владимир Мономах. В одном из городов Мономаха встретили христиане.

Недалеко от указанных городищ, в верховьях реки Тор (Казенный Торец) располагалась ставка могущественного хана Кончака (где-то в районе Славянска). В 70-80 гг. хан Кончак (внук хана Шарукана, впервые напавшего на Русь) неоднократно нападал на русские княжества (1174, 1178, 1183, 1185 гг.). Он сосредоточил в своих руках большую власть и пытался создать единое половецкое государство. Возглавляемое Кончаком Донецкое объединение кочевых орд было одним из самых крупных в половецкой земле. Хан Кончак проводил осторожную и тонкую политику по отношению к своему могущественному соседу – Руси. Его традиционными союзниками были черниговские князья – Ольговичи. Одногоиз пленных князей – Владимира Игоревича (представителя рода Ольговичей) – хан женил на своей дочери и через год с ребенком отправил домой.

Весной 1185 г. новгород-северский князь Игорь предпринял военный поход на земли Кончака. В знаменитой средневековой русской поэме «Слово о полку Игореве» князь так говорит о целях похода: «Хочу копьем прибить край половецкого поля!» Вместе с дружинами четырех князей Игорь перешел Северский Донец в районе Изюма, захватил первую добычу и стал готовиться к решающей битве. Она произошла на реке Каяле (видимо, река Макатыха в Славянском районе). На рассвете 11 мая, в субботу, половцы под командованием ханов Кончака и Гзака со всех сторон окружили русских. В полдень 12 мая битва закончилась полным разгромом русских и пленением самого Игоря. «Растерял он дружину в поле. Утопил нашу славу в Каяле. Пересел из седла золотого в седло неволи!» («Словоо полку Игореве»). На другой день после битвы Кончак направил раненого Игоря в свою ставку, а сам с войском двинулся на Переяславль. Гзак пошел на Путивль. В плену Игорь, однако, пробыл недолго: еще до возвращения Кончака ему удалось бежать.

Объединительные тенденции в половецком обществе особо заметно усилились при сыне Кончака – Юрие Кончаковиче. Русские летописи называют его «большим всихъ половцев» – т.е. самым большим (знатным) половцем. Хан Юрий возглавил большой половецкий отряд в одном из первых сражений с монголо-татарами в 1223 г. Однако дальнейшему объединению половецких земель под властью одного рода помешали удары русских дружин вначале 90-х годов XII в. Половецкие набеги на Русь прекратились.

В конце ХII в. – начале XIII в. в половецком обществе усилились процессы феодализации и имущественного расслоения. Все больше кочевников оседали на земле. Все эти процессы были прерваны страшным бедствием XIII в. – монголо-татарским нашествием.

2. Подонцовье и Приазовье в ордынский период (XIII – первая половина XV вв.

Печенеги, половцы и Русь

Уже в начале IX века между Яиком и Волгой кочевали печенеги. Теснимые тюркским же племенем узов (торков), печенеги стали передвигаться в районе между Доном и Днепром.

По словам византийского писателя X века Льва Диакона, - «печенеги - многочисленный пастушеский народ, всеядный, кочующий и живущий большею частью в кибитках» Печенеги делились на восемь орд, а каждая орда - на сорок улусов.

Византийский писатель XI века Феофилакт Болгарский говорит, что для печенегов «жизнь мирная - несчастье, верх благополучия - когда они имеют удобный случай для войны. Самое худшее, что они своим множеством превосходят весенних пчел, и никто еще не знал, сколькими тысячами или десятками тысяч они считаются; число иве бесчисленно».

Воины-печенеги имели при себе не менее двух лошадей, а иногда (в зависимости от конского поголовья) и больше. Лошадь под всадником постоянно менялась, и перемена коня очень значительно «увеличивала быстроту и дальность пробега. «Они не перестают ехать, - говорит о печенегах Роберт де Клари, - днем и ночью с такой неутомимостью, что за ночь и день совершают шесть, семь и восемь конных переходов».

В X веке кочевья печенегов занимали обширные степные пространства от правого берега Дона до впадения Прута в Дунай на западе. На юге земли печенегов доходили до Черного моря, на севере - граничили с Русью. Появившись у русских границ, печенеги стали тревожить Русь. В первой половине XI в. русским удалось основательно ослабить печенегов, но на смену им в степях появились торки. В 1060 году объединенные силы русских князей разгромили и торков. Вскоре появились новые грозные кочевники - половцы, которым подчинились остатки печенегов и торков.

В сравнении со степными кочевниками - своими предшественниками, - половцы (по-видимому, одна из ветвей канглы) явились наибольшей угрозой для Руси В числе племен, наседавших на Киевскую Русь в домонгольский период, половцы были более многочисленны и могущественны, чем их предшественники.

О половцах Рабби Петакиа (около 1170 г.) сообщает, что «они живут в палатках, чрезвычайно дальнозорки, обладают прекрасными глазами... Они отличные стрелки и убивают птиц на лету». По свидетельству Эломари, «питание их составляют животные их лошади, коровы и овцы... Большая же часть их еды состоит из мяса, добываемого посредством охоты». В общем основной отраслью хозяйства половцев являлось кочевое скотоводство. В местностях по соседству с русскими княжествами половцы частично переходили к оседлости и занимались земледелием. Важнейшими предметами вывоза у половцев были меха и рабы, которые приобретались путем вооруженных набегов и обложения покоренных племен данью.

По своему социальному строю половцы находились в стадии разложения патриархально-родовых отношений, выделения родовой знати, перехода к феодализму, но основой общественного производства еще оставался труд свободных членов родовых общин.

В южнорусских степях половцы образовали большое объединение, основная масса населения которого вела кочевой образ жизни, а часть уже переходила на оседлый земледельческий труд. Половцы поглотили население Хазарин, - частично истребили его, частично слились с ним, чем и можно объяснить тот факт, что в XII-XIII веках о хазарах ничего уже не было больше известно.

У окружающих их оседлых народов половцы не имели общего названия. В мусульманских источниках они фигурируют под именем кипчаков, в византийских - куманов, в венгерских - кунов и т. д. Византийское имя «куман» было собственным турецким именем этого тюрко-язычного народа. Имя же «половцы» ему дали русские. О происхождении слова «половцы» было много споров. Наибольшее признание получило объяснение слова «половцы» от «половый» (старославянское слово «плова» - солома, откуда и происходит - «полова», «половый» - бледный, белесовато-соломенного цвета). Так русские будто бы назвали половцев по их белокурости, светловолосости. Однако светловолосость половцев не засвидетельствована письменными источниками Гораздо более вероятно, поэтому, что слово «половцы» - перевод собственно-половецкого (турецкого) наименования - «куман». Река Куман (ногайское название) известна у русских под именем Кубани. Корень этого слова - «Куба» - у ногайцев - «бледный», у шорцев - бледный, сероватый, у казахов - бледножелтый. Казахи называют степь «куба - жон» (сравни с русским «половеть» - блекнуть, вянуть, желтеть). Слово «кубан - куман», очевидно, и было принято русскими в соответствующем смысловом переводе («половцы») (Ср. А. Пономарев. - Куман - половцы, «Вестник древней истории», М., 1940, № 3-4 ).

С пребыванием на Дону половцев следует связать и происхождение названия-«Кобяково городище», как именуются известные остатки крупного древнего поселения близ станицы Аксайской.

«Кобяк» - широко распространенное среди тюркских племен имя, которое носили и некоторые из знатных лиц в Малой Азии, например, у сельджукидов Рума был визир Са"д - эд - дин Кобяк.

Исторически засвидетельствовано имя крупного половецкого хана Кобяка, который вместе со многими половецкими князьями был разбит и захвачен в плен русскими в 1183-1184 гг. во время их похода против половцев (В 1184 г. князь Святослав одержал блестящую победу над половцами на реке Орели (впадающей в Днепр). Войска Святослава захватили в длен более 7000 половцев, в том числе - свыше 400 половецких князей. В числе пленников был хан Кобяк ).

В XI-XII вв. владения половцев-кипчаков составляли степи северного Причерноморья между Дунаем и Волгой, включая также крымские степи и берега Азовского моря с Предкавказьем.

Северные границы земли Половецкой соприкасались с юго-восточными рубежами Киевской Руси. Значительное количество половецких становищ располагалось по Северскому (Северному) Донцу и за ним, в частности, - между Сев. Донцом и Тором (Торцом). Это были донецкие половцы. В бассейне р. Дон кочевали донские половцы. Известно, что в бассейне р. Молочная находился один из крупных центров приморских половцев (а позднее - ногайцев), которые кочевали от Днепра до нижнего Дона по берегам Азовского моря. Между Сев. Донцом и Тором, в глубине Половецкой земли, лежали города Шарукань, Сугров, Балин. В смелых походах против половцев - в 1103, 1109, 1111, 1116 гг., русские достигали этих земель.

Что половцы, обитавшие в Подонье, были многочисленны - подтверждается летописью, свидетельствующей о том, что, когда князь Игорь Святославович совершил свой известный поход на половцев в 1185 году, то, по словам самого князя, он «собрахом (собрал на себя) всю землю Половецкую» (Ипатьевская летопись) (Иногда отдельные группы половцев покидали свои кочевья и переходили на сторону русских князей. В отличие от степных «диких» кочевников, таких замиренных выходцев, звали на Руси «своими погаными», поручая им в отдельных случаях, несение сторожевой военной службы, то есть - оборону русских границ. Подобного рода замиренные кочевники (половцы, печенеги, торки, берендеи и другие) были известны под общим названием «черных клобуков». Некоторая часть торков постепенно окончательно слилась с русскими, приняв участие в общей государственной жизни Руси ).

Половецкие древности известны нам по курганным погребениям. В этих погребениях имеются при скелетах (лежащих головою на восток) сабли, колчаны, стрелы, кольчуги (кстати сказать, во всем мире постепенный переход от меча к сабле прослеживается подробно именно по южнорусским погребениям родственных друг другу печенегов, торков и половцев). В женских погребениях встречаются находки серебряных бус. Часто, вместо того, чтобы насыпать над могилами покойников курганы, половцы предпочитали хоронить умерших в насыпях уже существовавших, более древних курганов - бронзового века или скифо-сарматского времени (так называемые «впускные» погребения).

С половцами связан и такой распространенный в южнорусских степях вид памятников древности как «каменные бабы».

Вспомним «Степь» А. П. Чехова: «Летит коршун над самой землей, плавно взмахивая крыльями, и вдруг останавливается в воздухе, точно задумавшись о скуке жизни, потом встряхивает крыльями и стрелою несется над степью... Для разнообразия мелькнет в бурьяне белый череп или булыжник, вырастет на мгновение серая каменная баба или высохшая ветла с синей ракшей на верхней ветке, перебежит дорогу суслик, - и опять бегут мимо глаз бурьяны, холмы, грачи...»

Вечер, ночь. «Едешь час-другой... Попадается на пути молчаливый старик-курган или каменная баба, поставленная бог ведает кем и когда, бесшумно пролетит над землею ночная птица, и мало-помалу на память приходят степные легенды, рассказы встречных, сказки няньки-степнячки и все то, что сам сумел увидеть и постичь душою... Душа дает отклик прекрасной, суровой родине, и хочется лететь над степью вместе с ночной птицей».

Каменная баба неслучайно показана Чеховым в качестве типичного элемента степного пейзажа, который великий писатель так хорошо звал и так вдохновенно воспел.


Рис. 23. Каменные "бабы" из собраний в Новочеркасском музее. А - женское изваяние.

Неотъемлемой принадлежностью степного южнорусского пейзажа средних веков были стоявшие на курганах изваяния (из песчаника, гранита, известняка и других пород) мужских и женских фигур, так называемые каменные «бабы» (от тюркского - «балбалы»). Изваяния эти и поныне можно встретить в донских станицах и хуторах. Еще в прошлом столетии они насчитывались в донских степях сотнями. Несколько типичных экземпляров каменных баб собрано в Новочеркасском городском саду, отдельные экземпляры имеются во всех музеях Ростовской области (рис. 23). Средняя высота «бабы» - примерно 2 м. Руки изваяния всегда сложены вместе на нижней части живота и держат ритуальный сосуд - кружку, кубок, рог. На лицах мужских фигур изображены усы и, реже - бороды. На некоторых мужских статуях изображалось вооружение - шлемы, сабли, луки, колчаны со стрелами, кресало на подвеске и т. д., на женских - серьги, бусы, ожерелья, нагрудные коробочки и другие украшения. Наличие серег характерно, впрочем, и для мужских статуй.


Рис. 23. Каменные "бабы" из собраний в Новочеркасском музее. Б - мужское изваяние

Чаще всего люди изображены в стоячем положении, но иногда - и в сидячем. Ноги всегда непропорционально коротки. Сделаны каменные бабы, как правило, грубо, но некоторые из них, отделаны значительно лучше и тщательно (детали одежды, прическа, вооружение, украшения), другие - предельно схематизированы.

Распространены каменные бабы очень широко - от Днестра на западе через Украину и Крым, южнорусские степи и Кавказ до Монголии. Найденные в Монголии по течению реки Орхон надписи и другие данные свидетельствуют о том, что каменные бабы воздвигались здесь тюркскими племенами, ставились всегда лицом: к востоку и изображали собой главного врага того, кто похоронен под курганом и некогда сразил врага своей рукой. По шаманским верованиям, душа того, кто изображен в изваянии, будет вечно, и за гробом, служить тому, кто покоится под курганом. Такое толкование, однако, нельзя признать полным: оно не объясняет, в частности, значения женских фигур.

Каменные бабы южнорусских степей, таким образом, с наибольшим основанием должны быть отнесены в своей массе к тюркским кочевникам и, прежде всего, - к половцам.

Обилие каменных баб в южнорусских степях было отмечено еще в начале второй половины XIII века. В 1253 году голландский монах Вильгельм де Рубрук был послан французским королем Людовиком IX к татарам для обращения их в христианство. Из Константинополя Рубрук проехал через Крым и приазовские степи, пересек реки Сев. Донец, Дон, Хопер, Медведицу и побывал в Сарае, на Кавказе, в Средней Азии и на юге Сибири.

В интересном описании своего путешествия Рубрук рассказывает, что, проезжая по степям, он заметил, что куманы (половцы) «насыпают большой холм над усопшим и воздвигают ему статую, обращенную лицом к востоку и держащую у себя в руке перед пупком чашу».

На каменных «бабах» с мужским изображением очень часто встречаются перекрещивающиеся на груди ремни, укрепленные по обе стороны металлическими бляхами.

Очень характерно зарисованное художником изваяние из известняка, обнаруженное на Дону в насып» небольшого кургана (см. рис. 23-Б). На голове мужчины-воина - высокий конический шлем с накладной верхушкой, трубкой для перьев, венцом и наносником с двумя отверстиями. На плечах и груди воина три ремня, покрытые, видимо, прямоугольными металлическими пластинами с перекрещивающимися по диагонали насечками. Концы ремней свешиваются на грудь, пересекаясь с поперечным ремнем, при чем в этом месте сверх двух ремней - две нагрудные бляхи. Ремни и бляхи едва ли могли предохранять воина от вражеских ударов и, скорее всего, представляли уж не часть вооружения, а декоративную парадную военную деталь, «быть может, признак определенного военного достоинства или же атрибута определенной категории воинов» (П. Н. Шульц. - Каменные изваяния воинов из курганной группы «Чокрак». Сборник исследований и материалов Артиллерийского исторического музея Красной Армии, I, М.-Л., 1940 ). Бросается в глаза ярковыраженная скуластость воина, усы, спадающие сзади косы.

Все это типичные элементы «половецкой» группы каменных мужских изваяний.

Любопытно следующее: в одном из курганов у пос. Гусельщикова в 10 верстах от Новониколаевской станицы, б. Таганрогского округа, в 1902 году было найдено средневековое погребение. Вдоль левого бока скелета лежал обоюдоострый прямой железный меч, у пояса - просверленный зуб (амулет), две яшмовых бусы, а на груди - несколько ремней, укрепленных и украшенных медной проволокой, и два круглых щитка, устроенных таким образом, что внизу помещалась крестовина (из меди с примесью около 10% золота), на которую был одет кружок толстой кожи, окованный тонким листом серебра. Иначе говоря, - ремни эти полностью аналогичны тем» что изображены на каменных бабах (Раскопки в Таганрогском округе. Труды XV археологического съезда в Харькове, том I, M., 1905 ).

Половцы причиняли Руси немало тревог и бед. Нападениям половцев Русь начала подвергаться с 1061 года.

Особенно сильно стали они тревожить русские земли с половины XII века. Вообще же, за два столетия можно насчитать более 40 крупных опустошительных набегов половцев на Русь, не считая сотен повседневных мелких. Набеги эти прекратились только перед самым нашествием монголо-татар, покоривших половцев и частично приобщивших их к своим полчищам. Борьба Руси против половцев была длительной и упорной. Еще на съезде князей в Любече (1097 г.) раздавались голоса отдельных князей: «почто губим Русскую землю, сами на ся котору имуще? А половцы землю нашу несут розно и ради суть оже межи нами рать доныне. Отселе имейся по едино сердце и соблюдем Русскую землю!» (Ипатьевская летопись, изд. 1871 ).

Уже с начала XII века Русь перешла в наступление против степных кочевников. Русские нанесли половцам ряд сокрушительных ударов.

Одним из основных направлений русских походов в Половецкую землю, «на Дон», исследователи (К. В. Кудряшев и. др.) считают пути по водоразделу между Оскалом и Доном к нижнему течению Сев. Донца или же по водоразделу между Доном и Хопром (где в XVII в. будет проходить известный ногайский шлях) по направлению к Нижнему Дону. Этот последний путь запечатлен и летописцами.

Наиболее успешными были четыре похода против половцев Владимира Мономаха в 1103-1116 гг., когда Владимир сумел проникнуть в глубь Половецкой земли, «пил, - по словам Летописи, - золотым шеломом Дон» и заставил значительное количество половцев откочевать на Северный Кавказ. Могущество половцев было серьезно ослаблено смелым и активным сопротивлением русских. Однако рост феодальной междоусобицы на Руси, заставлявшей отдельных князей искать себе среди половцев союзников для борьбы с другими князьями, позволял половцам еще некоторое время разорять южнорусские земли. Феодальные распри серьезно ослабляли Русь того времени, мешали объединению ее сил, что чувствительно сказалось в известном трагическом походе на половцев Северского князя Игоря в 1185 году.

ПЕЧЕНЕГИ И ПОЛОВЦЫ

Печенеги появились в восточноевропейских степях в конце IX в. Собственно, новый поток азиатских переселенцев представлял собой не единый этнос, но союз племен, некий конгломерат, разноликий и разноязыкий. Но общее имя он получил по печенежским племенам (их было восемь), шедшим в авангарде этого тюркоязычного (возможно, с небольшой примесью угров) потока и составлявшим количественно более половины его (Артамонов М.И., 1962, 345).

Культура печенегов была довольно высокой для кочевников. В насыпанных ими курганах обнаружены мечи, глиняные кувшины, украшенные причудливым, пышным орнаментом, костяные орнаментированные накладки на луки, пряжки и подвески для поясов. Сбруя печенежских коней уже мало чем отличается от современной, в ее состав входят жесткие удила с трензелями, седельные подпруги и, главное, стремена, позволявшие стрелять из лука, не покидая седла.

Печенеги входили ранее в Хазарский каганат и откололись от него, как только он стал слабеть. Уйдя от преследований бывшего владыки, они двинулись на запад и юг. В начале X в. эти скитальцы степей уже достигли Крыма, где захватили Боспор и Херсонес, потеснив хазар. Очевидно, полуостров весьма подошел им, так как здесь многие остановились (основная часть их пошла на запад, дальше к Днепру) и стали устраиваться вполне основательно. Они заключили в начале X в. союзные договоры с Византией и Русью, впрочем не мешавшие войнам и в дальнейшем. Византия все же стремилась всячески крымских печенегов ублажать, поддерживать их и экономически и политически. Императорам была выгодна дружба с воинственными и многочисленными степняками, которые образовывали барьер против проникновения в византийские владения русских, ибо последние были более опасны: не ограничиваясь грабежом мелких поселений, они угрожали Константинополю, организовывали совместные походы, в которых против греков выступали, как, например, в 944 г., варяги, русь, поляне, словены и кривичи. Согласно выводам советского историка, союз с печенегами Крыма вообще "являлся центром византийской системы поддержания политического равновесия в X в. " (Левченко М.В., 1940, 156). Но, судя по русским летописям, с Русью печенеги воевали не только по договоренности с Византией и совместно с ее войском, но и по собственному почину, причем неоднократно. В одной из таких войн пал знаменитый князь Святослав, из черепа которого печенежский хан Куря сделал себе ритуальную чашу.

В середине XI в. четыре печенежских орды, кочевавших в Причерноморье, распались. В конце века они попытались было снова объединиться в племенной союз и даже двинулись совместно на Византию, но это был их последний крупный поход. Император привлек на свою сторону половцев и устроил, окружив печенегов, страшное побоище, где их погибло более 30 тыс. Это был решающий удар, более этнос так и не смог подняться. Часть печенегов ушла из Крыма в южные степи, в долину реки Рось и к Белой Веже; осталось, очевидно, немного.

Влияния на крымское население печенеги не оказали почти никакого - и по краткости пребывания там, и по невозможности конкурировать с мощным культурным влиянием более развитых византийских соседей по Крыму. С другой стороны, печенеги отличались от иных завоевателей тем, что не только не разрушили классических древностей Тавриды, но и со временем "стали дорожить" ими, приобретя вкус к оседлой культурной жизни (Лашков Ф.Ф., 1881, 24).

Более того, они переняли и многое из социально-экономических достижений тогдашних крымчан. Если они пришли сюда кочевниками, причем довольно низкой, таборной стадии развития (она характерна военной демократией и слабой имущественной дифференциацией), то вскоре, освоив степь и предгорья, стали быстро переходить к земледелию. Часть печенегов переселилась в портовые города, где они также проявили неожиданные способности, занявшись торговлей. Более того, известно немало печенежских купцов, которые вели крупную транзитную торговлю между Византией и Херсоном - с одной, и Россией и волжской Хазарией, с другой стороны. Есть сведения о том, что печенежские торговые дома даже вытеснили коренных херсонеситов из самой перспективной сферы их интересов - торговли с Востоком (там же, 25).

Половцы, или кыпчаки (по имени одного из крупнейших половецких племен), появились в Крыму в X - XI вв., придя из регионов рек Волки (Идиль) и Урала (Джаик). Это были такие же, как печенеги, кочевники, по происхождению они также имели определенную степень родства. И те и другие принадлежали в основном к тюркам. По найденным в погребениях скелетам мы видим, что это были круглоголовые (брахикранные) европеоиды, некоторые - с незначительными монголоидными чертами. Половцы были по большей части светловолосыми и голубоглазыми, чем отличались от темноволосых печенегов. В XI в. основная масса половцев приняла ислам.

Первое время по приходу в Крым половцы-кыпчаки продолжали и кочевать, и устраивать опустошительные набеги - главным образом на Русь и Византию. Причем добились больших успехов: с одной стороны, Византии пришлось на горьком опыте убедиться, что с ними выгоднее дружить, чем воевать, с другой - русские ни разу за весь XI век не смогли углубиться внутрь половецких владений. Политические половецко-византийские связи осуществлялись в основном через Херсонес, хотя столицей крымских половцев был Судак (Сугдея).

Половецкая орда процветала в Крыму значительно дольше печенегов - до начала татаро-монгольского вторжения в XIII в. Основная эмиграция началась после битвы на Калке, но многие, особенно купцы и земледельцы, смешавшиеся с местными племенами и принявшие к тому времени христианство, остались. Затем их постигла судьба столь многих племен, заселявших Крым в древности, и они окончательно слились с местным населением, не оставив по себе памяти даже в чертах лица коренных крымчан; как было сказано, и те и другие были европеоиды.

Зато остались весьма примечательные памятники половецкой материальной культуры. В северо-западном Крыму до сих пор находят полускрытых землей, а то и под пахотным слоем так называемых половецких баб - массивные каменные изваяния. Это великолепный жанр искусства, причем строго индивидуального. Древние мастера сильно стилизовали свои творения, они компоновали их по общему образцу (выпрямленная фигура с кувшином, прижатым обеими руками к животу), но умели достичь, невзирая на каноны, портретного сходства.

В этих статуях отразилась живая история народа, даже изменения в его внешности - "бабы" прикавказских равнин приобретают в XIV в. горбинку на носу (след межэтнического смешения с грузинами), крымские же сохраняют благородную простоту и ясность старого половецкого типа. И еще один след, к сожалению менее долговечный, чем статуи. До 1944 г. в Крыму имелись населенные пункты с топонимическим компонентом "кипчак". Ныне это села с такими бездарными, выдуманными без опоры на историю названиями, как Громове, Рыбацкое, Самсоновка и т. д. и т. п. ...

Из духовного наследия половцев мы можем назвать занесенные ими на крымскую почву такие общие для исламского мира образцы устного арабского фольклора, как "Лейла и Меджнун", "Юсуф и Зулейка", позднее - "Ашик-Гариб", анекдоты о Ходже Насреддине и другие, обогатившие крымскую народную культурную традицию.

В среде этих первых мусульман Крыма был в XII - XIII вв. создан и первый памятник крымскотатарского языка - словарь "Кодекс Куманикус". Признано, что язык крымских кыпчаков того периода был более развит и совершенен, чем диалекты пришедших в Крым позднее орд (см. ниже), в которых смешались самые различные тюркские и монгольские элементы, и поэтому именно кыпчакский язык послужил основой при формировании и письменного, литературного крымскотатарского языка (Фазыл Р., Нагаев С., 1989, 136).

Из книги Курс русской истории (Лекции I-XXXII) автора

Печенеги Изложенными в прошлый час экономическими последствиями расселения восточных славян по русской равнине были подготовлены и последствия политические, которые становятся заметны несколько позднее, с начала IX в. С этого времени хозарское владычество, казавшееся

Из книги Тысячелетие вокруг Каспия [Л/Ф] автора Гумилев Лев Николаевич

63. Гузы и печенеги В VI в. до н. э. в арало-каспийской области жили массагеты - по-видимому, один из разделов саков: (мае + сака + та = большая сакская орда, ставка). По поводу их образа жизни и ныне уместно повторить слова Страбона: «…В результате своих исследований историки

Из книги Евразийская империя скифов автора Петухов Юрий Дмитриевич

«Исчезнувшие» печенеги «Усеченная» версия русской истории отдает все евразийские степи Средневековья «тюркоязычным» народам (печенегам, половцам, татарам). Якобы после хазар (народа неизвестного происхождения, исчезнувшего тоже неизвестно куда) весь юг

Из книги История Крыма автора Андреев Александр Радьевич

Глава 6. ПЕЧЕНЕГИ В КРЫМУ. КНЯЖЕСТВА ТМУТАРАКАНЬ И ФЕОДОРО. ПОЛОВЦЫ В КРЫМУ. X– XIII века. В середине X века хазары в Крыму сменились пришедшими с востока печенегами. Печенегами были восточные кочевые племена кенгересов, создавшие южнее уральских гор между Балхашем и

Из книги Новый взгляд на историю Русского государства автора Морозов Николай Александрович

Глава IV. Летописные сказания о некоторых народах, соприкасающихся с Русью, будто бы, до крестовых походов, в связи с так называемыми «Городищами» Украины (торки, половцы, печенеги и т.д.) Один из главнейших недостатков современных курсов государственной истории

Из книги История Византийской империи. Т.1 автора

Из книги Империя степей. Аттила, Чингиз-хан, Тамерлан автора Груссе Рене

Печенеги и Кипчаки Печенеги (Патзанакитаи, у Константина Порфирогенета, Бачанаки, у Иштакри), были, как мы видели, тюркским племенем, которое, согласно Маркуарту, некогда составляло часть конфедерации западных тукю, но были вытеснены карлуками к низовью Сыр-Дарьи и

Из книги Полный курс русской истории: в одной книге [в современном изложении] автора Ключевский Василий Осипович

Печенеги Практически все первые князья Днепровской Руси вынуждены были защищать границы государства от набегов степняков, первыми в ряду этих врагов стояли печенеги, на совесть которых летопись отнесла смерть князя Святослава. Отвоевав с Византией за Болгарию, которую

Из книги Другая история Руси. От Европы до Монголии [= Забытая история Руси] автора

Печенеги Советский Энциклопедический словарь (1989 год) сообщает: «ПЕЧЕНЕГИ, объединение тюркских и др. племен в заволжских степях в 8–9 вв. В 9 в. - в юж. - рус. степях. Кочевники-скотоводы совершали набеги на Русь. В 1036 разбиты вел. киевским кн. Ярославом Мудрым, часть

Из книги Забытая история Руси [= Другая история Руси. От Европы до Монголии] автора Калюжный Дмитрий Витальевич

Печенеги Советский Энциклопедический словарь (1989 год) сообщает:«ПЕЧЕНЕГИ, объединение тюркских и др. племен в заволжских степях в 8–9 вв. В 9 в. – в юж. – рус. степях. Кочевники-скотоводы совершали набеги на Русь. В 1036 разбиты вел. киевским кн. Ярославом Мудрым, часть

Из книги История Византийской империи. Время до крестовых походов до 1081 г. автора Васильев Александр Александрович

Печенеги К концу Македонской династии печенеги были самыми опасными врагами Византии на севере. Византийское правительство разрешало им жить в областях на север от Балкан и присваивало печенежским князьям византийские придворные чины. Но, конечно, это не было настоящим

Из книги История Крыма автора Андреев Александр Радьевич

ГЛАВА 6. ПЕЧЕНЕГИ В КРЫМУ. КНЯЖЕСТВА ТМУТАРАКАНЬ И ФЕОДОРО. ПОЛОВЦЫ В КРЫМУ. X–XIII ВЕКА В середине X века хазары в Крыму сменились пришедшими с востока печенегами.Печенегами были восточные кочевые племена кенгересов, создавшие южнее уральских гор между Балхашем и Аральским

Из книги Русская земля. Между язычеством и христианством. От князя Игоря до сына его Святослава автора Цветков Сергей Эдуардович

Печенеги Утвердившись в Нижнем Поднепровье и Северном Причерноморье, киевские русы приобрели новых соседей - печенегов. По-тюркски имя этого народа звучало как беченек; византийцы называли их пацинаки/пачинакиты, арабы - баджнак. Высказывалось предположение, что

Из книги Славянская энциклопедия автора Артемов Владислав Владимирович

Из книги Исторические судьбы крымских татар. автора Возгрин Валерий Евгеньевич

ПЕЧЕНЕГИ И ПОЛОВЦЫ Печенеги появились в восточноевропейских степях в конце IX в. Собственно, новый поток азиатских переселенцев представлял собой не единый этнос, но союз племен, некий конгломерат, разноликий и разноязыкий. Но общее имя он получил по печенежским племенам

Из книги Хрестоматия по истории СССР. Том1. автора Автор неизвестен

25. ГАРДИЗИ. ПЕЧЕНЕГИ Арабский географ Абу-Саид Абд-ал Хайяб. Зохака Гар-дизи писал в середине XI в., но свои сведения часто черпал и у более ранних географов VIII, IX, X вв. Отрывок о печенегах взят из книги Гардизи «Украшение известий» в переводе В. В. Бартольда. В. Бартольд,

Строительство городов на степной окраине Руси

Правительству Владимира Святославича пришлось принимать энергичные меры для того, чтобы обезопасить Русь от ежегодных стремительных и опустошительных набегов печенежских ханов, уводивших в плен русских людей и оставлявших после себя дым пожарищ сожженных сел и городов. Владимир предпринял постройку городов на южной степной окраине. Для несения гарнизонной службы в эти новые города переселялись "лучшие мужи" из северных отдаленных областей Руси. Так феодальному государству удалось организовать оборону, привлекши к выполнению общегосударственных задач дружинников тех русских земель, которым набеги печенегов непосредственно не грозили. Значение борьбы с кочевниками заключалось в том, что она ограждала земледельческую культуру от разорения и сокращала область экстенсивного кочевого хозяйства в плодородных степях, давая дорогу более совершенному пашенному земледелию.

Летописные сведения о печенегах весьма отрывочны. Их первое появление на границах Руси упоминается под 915 г. Как летописи, так и былины рассказывают, что печенеги совершали набеги, жгли селения, уводили славян в рабство, а также вступали в союз с русскими князьями.

Более полные и обстоятельные сведения о контактах печенегов с жителями Руси дает С.А. Плетнева, занимающаяся исследованием кочевых народов Великой Степи.

Печенеги, или канглы (византийцы их называли пачинакитами), были выходцами из распавшегося азиатского объединения Кангюй. Под давлением более сильных соседей - гузов - печенеги передвигались на запад, захватив в IX в. заволжские степи, а в начале Х в. - всю европейскую степь. Слава о печенегах как о беспощадных завоевателях широко распространилась в Европе.

Единственной силой, способной противостоять кочевникам, была Киевская Русь. Печенеги ощутили это, столкнувшись с русскими воинами в 915 г., и потому заключили с князем Игорем мир. В 944 г. Игорь привлекает их в качестве союзников к походу на Византию. Византия, обеспокоенная таким союзом, постоянно стремится внести раскол в него, и не без успеха. Привлеченных на свою сторону печенегов Византия использует в войнах со своими противниками.

В 965 г. печенеги, как предполагает С.А. Плетнева, были союзниками князя Святослава в его походе на Хазарию, подорвавшем могущество каганата. А уже через три года печенеги совершают большой набег на русские земли. В этот момент Святослав вел войну в Болгарии и на Дунае, и, скорее всего, византийцы, напуганные близким соседством русского войска, спровоцировали этот поход на Русь. Святослав, вовремя вернувшись домой, собрал воинов и отогнал печенегов от Киева далеко в степь, а затем вновь подтвердил мир с ними.

В 971 г. Святослав вновь ведет войну в Подунавье. Кампания складывается неудачно, и в итоге Святослав вынужден был возвратиться в Киев.

Византийцы сообщили об этом печенегам, и те засели на Днепровских порогах. Узнав об этом, Святослав зазимовал в устье Днепра. "Зимовка была голодной, - пишет С.А. Плетнева. - Весной ослабевшие воины не смогли прорваться сквозь печенежское окружение, и, когда Святослав подошел к порогам "нападе на ня Куря, князь печенежский, и убиша Святослава". Куря приказал затем отрубить голову Святославу и из его черепа сделать окованную золотом чашу. Делать чаши из черепов убитых врагов - обычай, широко распространенный в среде тюркоязычных народов. Кочевники верили, что таким образом к ним переходят сила и мужество поверженного врага.

При Владимире I Святославовиче набеги печенегов на Русь участились, и князь прилагал немало усилий для защиты своих земель. В начале XI в. Владимир заключил с печенегами мир и "дал в заложники мира своего сына". Этим заложником, предполагает С.А. Плетнева, был старший и нелюбимый сын Владимира Святополк. Не случайно именно Святополк воспользуется помощью печенегов в борьбе за Киевский престол после смерти отца. Четыре года (1015-1019 гг.) печенеги участвовали в борьбе сыновей Владимира за престол как союзники той или иной стороны. В 1019 г. Ярослав (прозванный Мудрым) наносит сокрушительное поражение Святополку и союзным ему печенегам.

В 1034 г. печенеги организуют новый поход на Киев. Ярослав, вернувшийся из Новгорода с сильной варяго-славянской дружиной, в ожесточенной битве разгромил войско печенегов. После этого поражения печенегов их набеги на Русь фактически прекратились.

В конце XI в. печенеги, отошедшие от русских пределов, предприняли мощный набег на Византию. Для борьбы с ними тогдашний император Византии Алексей Комнин привлекает половцев, которые помогли ему одержать решающую победу. Погибло более 30 тыс. печенегов.

"Однако и после этого побоища печенеги вплоть до монголо-татарского нашествия упоминаются в источниках: особенно часто в русской летописи, поскольку вместе с некоторыми другими кочевническими группировками и ордами они, получив во владение Поросье, стали вассалами Руси".

Л.Н. Гумилев, многие десятилетия занимавшийся изучением истории народов Великой Степи, уточняет и дополняет сведения М.А. Плетневой.

К началу Х в. западную часть Великой Степи населяли три кочевых народа: гузы (торки), канглы (печенеги) и куманы (половцы), именуемые еще кипчаками.

Гузы жили в бассейне Урала по границе тайги и степи. Жизнь гузов была тесно, органично связана с природой.

Южнее, между Балхашом и Аралом, располагалась держава Кангюй (по-китайски), или Кангл (по-тюркски). Это была редко населенная страна. Жители ее назывались по-тюркски "кангл-эр" (кангюйские мужи), но уже в VIII в. их стали называть пацзынаками (по-гречески) или печенегами (по-русски). Они не ладили ни с гузами, ни с третьим кочевым этносом - кыпчаками, обитавшими на склонах Алтая и в Барабинской степи. Все три этноса по своему антропологическому типу были европеоидами, тюркоязычны, воинственны.

Иными словами, в западной части Великой Степи шла трехсторонняя война с набегами и контр набегами и соответственно с переменным успехом для каждой из сторон. Это могло продолжаться бесконечно долго.

Но неожиданно все переменилось. В IX-Х вв. степную зону Евразии постигла вековая засуха, так как орошающие степь циклоны сместились к северу.

Сильнее всего пострадали степи современного центрального Казахстана. Большая их часть превратилась в пустыню. Канглы (печенеги) вынуждены были покинуть родину. Они двинулись от берегов Аральского моря на запад. На берегах Днепра, Донца и Дона климатические условия были иными, ибо меридиальные токи в атмосфере способствовали нормальному увлажнению здешних степей. "Поэтому печенеги, прорвавшись в Поднепровье, восстановили там поголовье скота, в том числе лошадей, а тем самым и воинскую мощь…". Печенеги, придя на западную окраину степи, попали в очень сложное положение: они оказались между греками, болгарами и русами. Чтобы не быть раздавленными, печенеги заключили союзные договоры с русами и греками, обеспечивали безопасность торговли между Киевом и Херсонесом, снабжали русов саблями, заменявшими им тяжелые мечи. Этот союз продолжался до 968 г., когда разыгрался русско-византийский конфликт.

Когда император Никифор II Фока задумал войну с Болгарией, он заручился помощью Святослава. Весной 968 г. русские ладьи вошли в устье Дуная и разбили не ожидавших нападения болгар. Русское войско было немногочисленным: около 8-10 тыс. человек, но ему на помощь пришла печенежская конница. В августе того же года русы разбили болгар у стен Доростола, и к осени Святослав занял Болгарию вплоть до Филиппополя.

Но за зиму все изменилось. Византийский патриций Калокир, находившийся в окружении Святослава, сумел убедить князя в необходимости свержения с престола Иоанна Цимисхия, узурпировавшего трон, и объявления его, Калокира, императором Византии. Императору донесли о заговоре, и он принял меры: прекращена торговля с Русью, население Болгарии подстрекается к выступлению против оккупанта Святослава. И наконец, поскольку венгры и правобережные печенеги были в составе войск Святослава, византийцы побудили левобережных печенегов совершить набег на Киев.

Весной 969 г. левобережные печенеги осадили Киев, что для княгини Ольги и киевлян стало полной неожиданностью. Киев оказался в сложном положении из-за малочисленности находящихся в нем войск. Однако после переговоров с ханом печенегов выяснилось, что война предпринята по недоразумению: княгиня и поддерживавшая ее христианская община в Киеве не помышляли о войне с Византией. И печенеги отошли от города. Ольга срочно отзывает из Болгарии своего сына Святослава, и тот в скором времени является с войском в Киев. За это время печенеги отошли в степь и установился мир. Святослав вновь возвращается в Болгарию и все-таки вступает в войну с Византией. Но силы были неравны. Кроме того, Святослав имел своим противником нового императора - Иоанна Цимисхия - опытного дипломата и блестящего полководца. В итоге Святославу пришлось запереться в Доростоле. Русы сражались мужественно и отчаянно, но голод и потери заставили Святослава заключить мир на условиях свободного продвижения русских людей к морю и предоставления пищи уже страдавшему от голода гарнизону. Осенью 971 г. русы покинули Болгарию.

Л.Н. Гумилев предлагает свою версию гибели Святослава от рук печенегов. Он высказывает сомнение по поводу общепринятого предположения, что Цимисхий, отпустив русов из Доростола, договорился с печенегами о последующем их истреблении, так как византийцы легко могли сжечь корабли русичей.

Затем, размышляет ученый, как смогли печенеги с осени 971 г. до весны 972 г. бросить пастьбу скота, кочевание, заготовку сена и прочие неотложные дела, только чтобы караулить русский отряд?

Л.Н. Гумилев считает, что причину ожесточения печенегов против Святослава, а не против русов необходимо искать в ближайшем крупном центре - Киеве.

Дело в том, что киевляне относились к своему князю двояко: с одной стороны, Святослав - прославленный витязь, герой, завоеватель, а с другой - все предпринимаемые им походы истощают силы государства. В летописи отмечен прямой упрек киевлян: "Ты, княже, чужеи земли ищеши и блюдеши, а своея ся охабив".

Кроме того, Святослав был язычником и относился к вере матери - княгини Ольги, хотя и терпимо, но с насмешкой. В войске Святослава было немало христиан и даже православных священников.

Христианская община в Киеве, еще при жизни Ольги игравшая в городе ведущую роль, имела основания опасаться за свою судьбу, изменись расположение князя. Этим опасениям вскоре суждено было сбыться. Византийские хронисты сообщали о языческих жертвоприношениях русов перед уходом из Доростола. Воины Святослава топили в водах Дуная множество пленных, в том числе грудных младенцев и петухов. Так совершались жертвоприношения злым богам.

Еще более страшные события разыгрались в Белобережье по возвращении из Болгарии. Князь и его языческое окружение обвинили христиан, сражавшихся в войске Святослава, в том, что они всему виной - боги наказали князя, воевавшего против христиан и имевшего христиан в своем войске. Начались расправы язычников над своими соратниками - христианами.

Иными словами, мир, заключенный с греками, мог считаться почетным для любого полководца, но, видимо, не для Святослава, не знавшего до этого поражений. Вполне возможно, что у него произошел психологический надлом, психический шок, вызванный разочарованием и сожалением об ошибках, которые уже не исправить. В таких случаях всегда требуется объект, на котором можно выместить все свои обиды и неудачи.

Как замечает Гумилев, князю изменил даже здравый смысл - он послал в Киев приказ сжечь церкви и обещал по возвращении учинить репрессии против христиан Киева.

Этим, считает Л.Н. Гумилев, Святослав подписал себе приговор. Уцелевшие христиане и воевода Свенельд бежали степью в Киев, и печенеги их пропустили. А когда весной 972 г. Святослав с языческой дружиной пошел речным путем, печенеги напали на него у порогов и истребили весь русский отряд. Сделали они это при подстрекательстве киевских христиан и с их помощью.

И при Владимире печенеги были союзниками, прежде всего Византии. Например, набег Владимира на Корсунь вызвал немедленную реакцию: нападение на Русь союзников Византии - печенегов.

Война длилась с 989 по 997 г. "…И тогда Русь потеряла причерноморские степи, а границу лесостепи пришлось укрепить валами и частоколом. Святополк, пришедший к власти после смерти Владимира, резко сменяет политический курс. Он не только помирился с печенегами, но и вступил с ними в союз. Но, - замечает Гумилев, - этот политический маневр несколько запоздал - среди печенегов уже распространялся ислам, и потому дружба с ними уже не означала мира с Византией. Печенеги становятся врагами православия. Но в княжеских усобицах они участвуют, пока в 1019 г. в битве при Альте не были разгромлены новгородцами, приведенными Ярославом".

Однако не только распространение среди печенегов ислама вело к изменению их политики. Л.Н. Гумилев указывает еще одну причину. Как уже упоминалось, перемещение атлантических циклонов в Х в. в междуречье Волги и Оки привело к усыханию степей и соответственно передвижению масс кочевников.

Но в начале XI в. циклоны вновь смещаются к югу. Это означало выпадение осадков в высохших за Х в. степях. Благодаря повышенному увлажнению в сухих степях увеличились травянистые пространства, составляющие кормовую базу для скота и коней.

В результате летних дождей военный потенциал кочевников настолько возрос, что они, особенно печенеги, смогли перейти от защиты своих кочевий к нападениям на соседей. В 1036 г. печенеги неожиданно напали на Русь и осадили Киев. Киевляне сумели продержаться до прихода Ярослава из Новгорода со славяно-варяжской дружиной. Бой произошел на том месте, где ныне стоит храм святой Софии (воздвигнутый Ярославом в честь этого события). Печенеги были разгромлены и навсегда отошли от русских пределов. Но в том, же 1036 г. печенеги совершают более удачные набеги на Византию.

Печенеги-мусульмане, теперь враги православия, осмелились на войну с Византией еще и потому, что их единоверцы - туркмены-сельджуки - теснили империю с востока, в Малой Азии. В 1051 г. передовые отряды печенегов появились у стен Константинополя. В течение 40 последующих лет печенеги, осевшие на севере Балканского полуострова, были страшным кошмаром для империи. "Спасли Византию только половецкие ханы Тугоркан и Боняк, разгромившие печенежское войско при Лебурне в 1091 г.".

После ухода канглов (печенегов) из-за засухи из степей Средней Азии оставшихся канглов подчинили себе кочевавшие севернее гузы (середина Х в.). Основой общественной жизни гузов являлся род - огуз, который управлялся старейшинами. Группа родов управлялась советом старейшин, в котором председательские функции переходили поочередно от одного родового старейшины к другому. А в военных походах абсолютная власть концентрировалась в руках военного вождя - не старейшего по возрасту, а наиболее способного полководца.

Гузы также пострадали от затяжной засухи. Это привело к расколу гузов на две части, враждебные друг другу: туркменов и тюрок. Сыграло свою роль и влияние веры, исповедуемой соседями, - ислама. Гузы, принявшие ислам, стали называться туркменами. Эта часть этноса гузов ушла в верховья Амударьи и окрестности Мазари-Шарифа. Другая часть гузов, не принявшая ислам (тюрки), ушла на запад, в Причерноморье. Гузы-тюрки, называемые в русских летописях торками, были в союзе с Русью.

С повышением увлажнения степей в XI в. изменилось поведение и торков. Как и в случае с печенегами в 1036 г., торки неожиданно нападают на Русь в 1049 г. Война с торками длилась до 1060 г., когда они были разбиты объединенными войсками трех Ярославовичей - Изяслава, Святослава и Всеволода - и отошли к Дунаю.

В 1064 г. торки переправились через Дунай и вступили на территорию Византийской империи. Опустошив Македонию и Фракию, торки подступили к стенам Константинополя. Однако греческая "дипломатия золота", эпидемии, многочисленные стычки с заклятыми врагами - печенегами сделали свое дело - уцелевшие вернулись на Русь и попросили убежища у киевского князя. Они были расселены по южной границе Руси, на правом берегу Днепра, став верными союзниками волынских князей и образовав так называемый "торческий пояс". Главной их задачей становится охрана границ Руси против третьего кочевого этноса, пришедшего по их следам, - половцев.

Дореволюционные и советские историки в целом оценивают половцев однозначно: половцы - страшная опасность для Руси. Как уже отмечалось, наиболее подробно изучала историю половцев С.А. Плетнева.

Особенно страшен был половецкий натиск на Русь в 90-х годах XI в., когда в результате грабительских набегов отдельным ханам удавалось "постучать саблей в Золотые ворота Киева". Князь Владимир Всеволодич Мономах сумел организовать ряд походов вглубь степей, разбить половецкие войска и отвоевать города, захваченные половцами.

Важное значение имел поход 1111 г., в результате которого русскими войсками была взята столица одного из ханов - город Шарукань (в окрестностях современного Харькова). По поводу этого похода было сложено сказание, автор которого писал, что слава о победе Мономаха над половцами дойдет до Византии, Венгрии, Польши, Чехии и Италии. Разгромленная часть половцев была вынуждена после этого покинуть донецкие степи и откочевать на Северный Кавказ. Оттуда 40 тыс. половецких воинов ушли в Грузию. В IX в. половцы (кыпчаки) кочевали в степях Прииртышья и Северного Казахстана. В начале XI в. они появляются в Поволжье и в середине XI в. объявляются у границ Руси. Половцы начинают совершать постоянные набеги на пограничные русские земли. Кроме того, они совершают походы в Болгарию, Венгрию, Византию. Наиболее известны в XI в. два половецких военачальника: ханы Боняк и Тугоркан. Уже в скором времени половцы активно включаются в междоусобицы русских князей, оказывая помощь то одному, то другому.

Неоднократно воевали они на стороне русских против соседних государств - Венгрии, Польши.

В 1095 г. ханы Тугоркан и Боняк совершают очередной поход на Византию. Поход оказался неудачным: половцы были наголову разбиты. А в это время у них дома произошла беда: весной 1095 г. два половецких хана Итларь и Китан (Котян) пришли в Переяславль к Владимиру Всеволодовичу (Мономаху) для заключения мира и были убиты по приказу князя, даже не начав переговоров. Началась война. Владимир Мономах и его двоюродный брат великий князь киевский Святополк II Изяславович совершают удачный поход на вехи (зимовья) Итларя и Китана (Котяна). Вскоре включаются в войну и вернувшиеся из византийского похода Боняк и Тугоркан. В результате набега половцев на Юрьев город был разорен и сожжен. В апреле 1096 г. Боняк совершает набег на Поросье и окрестности Киева. На левом берегу Днепра начинает действовать Тугоркан. Его войско осаждает Переяславль. Город держится семь недель, пока не подошли войска Святополка и Владимира. В сражении под Переяславлем победу одержали русичи, половцы бежали, оставив на поле боя убитого Тугоркана. Святополк, женатый на дочери Тугоркана, организовал достойное сана тестя захоронение.

Боняк, узнав о гибели своего друга и соратника, воспользовавшись тем, что Святополк с Владимиром празднуют победу под Переяславлем, немедленно наносит удар по Киеву. Выдубецкий и Печерский монастыри были ограблены и сожжены, церкви разрушены.

С этого момента хан Боняк становится непримиримым врагом Руси. Многие годы проклинаемый летописцами "шелудивый хищник" Боняк совершает набеги на русское пограничье.

В течение всего XI в. русским не удалось организовать ни одного похода в глубь степи. К концу XI в. в половецких кочевьях происходят перемены: формируются пока еще слабые объединения - орды. Во главе Приднепровского объединения (орды) стояли Боняк и наследники Тугоркана. Ордами на Нижнем Днепре (Лукоморье) правил хан Урусоба, а в Подонье - Шарукан.

Первый удар по половцам, кочевавшим в низовьях Днепра, русские нанесли в 1103 г. Поход был детально продуман: удар наносился весной по ослабленным зимовкой кочевникам и окончился успешно - впервые половцы были разгромлены на собственной земле.

В период с 1109 по 1116 г. последовала серия более или менее удачных походов, организованных Владимиром Мономахом. В итоге половецкие кочевья отодвинулись на восток (за Дон) и на юг (в прикавказские степи). Много половцев ушло на запад - в Болгарию, Венгрию, Византию.

Большая группа половцев, перекочевавшая в Прикавказье, заключает союз с Грузией. Глава этой орды, хан Артак, становится вассалом царя Давида, живет при его дворе и выдает за него свою дочь Гурандухт. В течение первой половины XII в. половцы участвовали в боевых операциях на русской земле только в составе войск враждующих друг с другом князей.

После смерти Владимира Мономаха (1125 г.) хан Артак возвращается из Грузии в донские степи. Его сын Кончак во второй половине XII в. становится ханом - объединителем половцев. Особенно усиливается его объединяющая роль после победы над новгород-северским князем Игорем Святославовичем (1185 г.), о чем и повествуется в знаменитом "Слове о полку Игореве".

Хан Кончак ведет войны с русскими князьями, подвергая грабежам русское пограничье и окрестности великокняжеских городов Чернигова, Переяславля и Киева. Породнившись с Игорем Святославовичем (он выдал за сына Игоря Владимира свою дочь), Кончак продолжает набеги на земли киевских и переяславских князей. Последнее летописное известие о враждебных по отношению к Руси действиях Кончака относится к 1187 г.

К концу XII в. обстановка в степях стабилизируется. Кончак, возможно, добился своей цели - максимального объединения восточной части половцев под своей властью. Его сын Юрий Кончакович, пришедший к власти в начале XIII в., назван летописцем "больший всех половцев".

В начале XIII в. на границах Руси и Степи устанавливается относительное спокойствие и равновесие. Русские князья прекратили организовывать набеги и походы в степи, а половцы - на русские земли. Лишь некоторые западные половецкие орды продолжают участвовать в междоусобицах между русскими. Наиболее активен здесь хан Котян.

Часть оставшихся в половецких степях печенегов и торков, как уже говорилось, под натиском половцев перебирается ближе к русским землям и образует военный заслон от половцев. Помимо печенегов и торков в качестве вассалов Руси в летописи упоминаются берендеи - возможно, крупная торческая орда.

К середине XII в. все эти вассальные орды объединились в единый союз Черных Клобуков (каракалпаки). Они оседали в пограничных крепостях и городах и создавали собственные города. Наиболее крупным из них был город Торческ - своеобразная столица пограничного Поросья (бассейн реки Рось). Ханы Черных Клобуков, которые были вассалами великого князя киевского, в основном служили ему более честно, чем многие русские князья-вассалы. Так в основных чертах излагается история взаимоотношений Руси и Половецкой степи в традиционной историографии. Но, как уже упоминалось, существует и другая точка зрения. Она принадлежит Л.Н. Гумилеву.

Как уже говорилось, степи между Алтаем и Каспием были полем постоянных столкновений между тремя народами (этносами): гузами (торками), канглами (печенегами) и кумачами (половцами). Последние именовались еще и кыпчаками.

До Х в. силы были примерно равны, и три враждующих друг с другом этноса удерживали свои земли. Разразившаяся в Х в. засуха все изменила. Гузы и канглы, обитавшие в приаральских степях, пострадали от нее больше, чем куманы-кыпчаки, жившие в предгорьях Алтая и на берегах Иртыша. Горные ручьи, орошавшие предгорья Алтая, многоводный Иртыш с его притоками позволили куманам сохранить поголовье скота и коней и, таким образом, свою военную мощь. И когда в XI в. степная растительность снова стала распространяться к югу и юго-западу, куманы двинулись вслед за ней, без особых усилий одерживая победы над изнуренными засухой гузами (торками) и печенегами. К середине XI в. они вышли в низовья Дона, Днепра и Днестра. В эти плодородные степи переселились не все куманы, а лишь наиболее активная их часть. Основные поселения куманов-кыпчаков остались на юге современной Западной Сибири и в Северном Казахстане. Куманы, пришедшие в Причерноморье как победители, обрели новую родину в злаковых степях низовий Дона, Днепра и Днестра, точно таких же, как и их родная Барабинская степь. Кыпчаки были светловолосыми и голубоглазыми. Русское прозвище кыпчаков "половцы" происходит от слова "полова" - рубленая солома, что отражает цвет их волос - соломенно-желтый. Итак, кыпчаки - типичные европеоиды, отличающиеся от своих южных соседей туркменов лишь светлым цветом волос и глаз, что и было замечено русскими, когда они столкнулись в 1055 г. и впервые заключили мир.

Сравнительно легко одерживая победы над торками и печенегами, половцы неизбежно должны были попытаться одержать верх и над русскими. И с 60-х годов XI в. начинаются столкновения. В 1068 г. отряд половцев численностью до 12 тыс. человек подошел к Киеву и обратил в бегство объединенные войска трех Ярославовичей. Поражение в их числе великого князя киевского Изяслава Ярославовича и отказ последнего выдать киевлянам оружие вызвали восстание в городе и бегство Изяслава в Польшу. В это время второй брат, князь черниговский Святослав Ярославович, имея всего 3 тыс. воинов, разбил 12 тыс. половцев в битве на реке Снови. Уже тогда выяснилось, что половцы опасны в коротких набегах и стычках конных отрядов, однако вести борьбу с русскими укрепленными городами и русской пехотой им сложно. В 1071 г. половцы совершают набег на земли юго-западнее Киева. Нападать на Черниговскую землю после поражения у Снови они не решались. В 70-х годах XI в. половцы уже участвуют у русских и качестве наемной военной силы. Первым из русских князей, использовавших половцев-наемников, был прославленный (и заслуженно) Владимир Мономах: в 1076 г. он повел их на Полоцк и разрешил грабить полоцкие земли.

Впоследствии к помощи половцев часто прибегает Олег Святославович в своей борьбе "за место под солнцем" - за возвращение себе Чернигова, отцовского владения.

По сути дела, по утверждению Л.Н. Гумилева, в XII-XIII вв. Половецкая земля (Дешт-и-Кыпчак) и Киевская Русь составляли одно полицентрическое государство. Это было выгодно обоим этносам. Кочевое хозяйство не может существовать вне связи с земледельческим, поскольку обмен продуктами одинаково важен для обеих сторон. И потому наряду с военными столкновениями постоянно наблюдаются примеры содружества. Печенеги после разгрома при Лебурне оседают в Добрудже и становятся союзниками Византии, торки селятся на правобережье Днепра и становятся пограничной стражей киевских князей, куманы-половцы после первых столкновений с русичами становятся союзниками Черниговского княжества.

Естественно, происходят и столкновения, порой весьма кровавые. Именно эти столкновения и бросались, прежде всего, в глаза современникам и фиксировались в летописях.

Л.Н. Гумилев особо подчеркивает, что в XIX-XX вв. целым рядом исследователей была сформирована концепция борьбы "леса со степью". Начало этой идее положил С.М. Соловьев, считавший, что поток славянской колонизации шел по линии наименьшего сопротивления - на северо-восток, где Ростовская земля, населенная финнами, без сопротивления покорилась славянам, тогда как воинственные кочевники были для славянских землевладельцев неодолимой преградой.

Эта идея была принята и развита В.О. Ключевским, П.Н. Милюковым, А.Е. Пресняковым, Г.В. Вернадским, Б.А. Рыбаковым.

Л.Н. Гумилев предлагает сопоставить факты. Количество военных операций, осуществляемых киевскими князьями в северном направлении против чуди, ятвягов, Литвы и др., не меньше, чем боевых действий против кочевников.

С XIX в. считается аксиомой, говорит Гумилев, что отважная Русь и дикая, недобрая Степь были извечными антагонистами. Но более детальные исследования показывают (и не только на примере взаимоотношений Руси и Степи), что наиболее оптимальные условия для становления культуры и процветания хозяйства возникают в зонах контактов различных ландшафтов. "Аборигены леса и степи научились жить в этническом симбиозе, обмениваясь излишними продуктами труда, и не образовывали химер, несмотря на частые смешанные браки. При этом оба этноса - русичи и куманы - жили каждый за счет природных ресурсов своего региона и потому были ограничены пределами своих ландшафтов". Тогда почему возникла концепция извечной борьбы Руси и Степи? Гумилев считает, что это было сделано в попытке оправдать "отсталость" России от стран Западной Европы, показать европейцам, что Русь своею грудью прикрывала Запад от дикого, кровожадного Востока.

Бесспорно, русичи были сильнее степняков. Олег Святославович половцев использовал, Владимир Мономах их разгромил.

Сложилась традиция рассматривать разнообразные этносы Степи как некую однородную массу диких варваров, чуждых всякой культуре и, главное, европейской. Но уместно ли принимать такую точку зрения, вытекающую из концепции евроцентризма, безоговорочно? "Для Западной Европы это давнее традиционное мнение. Туркмены-сельджуки (гузы в значительной части) и мамлюки Египта (половцы в основном) остановили крестоносные войска и выгнали рыцарей из "Заморской земли", или Палестины. Половцы нанесли смертельный удар Латинской империи, после чего полвека шла ее агония, и изрядно потрепали авангард католического Запада - Венгрию. Поэтому антипатия европейцев к степной Азии понятна. Но почему русские историки болеют за государства, организовавшие в XIII в. крестовый поход против Руси?"

А как же "натиск на Запад"? Как же орды печенегов, половцев, нависающие "черной тучею", представляющие "смертельную опасность" и т.д.?

По данным исследователей этого вопроса, уже в начале XII в. в условиях, когда между русичами и половцами постоянно заключаются мирные и брачные договоры, многие половцы переходят (порою целыми родами) в христианство. Наследник половецкого хана Кончака носит имя Юрий. Кроме того, Юрий Кончакович принимает крещение. По данным В. Пашуто, половецкие набеги коснулись лишь 1/15 территории Руси, в то время как русские воины доходили до Дона на востоке и Дуная на западе.

У половцев не было шансов стать победителями в войне с Русью, если бы они и ставили перед собой такую задачу. Во-первых, численность населения Руси в то время составляла около 5,5 млн. человек, половцев - 300-400 тыс. человек. Во-вторых, в войнах с Русью половцы были уязвимы. Главное преимущество степняков - маневренность, которую они великолепно используют при набегах, - исчезает при обороне своих кочевий. Запряженные волами телеги с имуществом и семьями движутся по степи со скоростью 4 км/ч. Русская же конница на рысях - 15 км/ч, а хлынцой (быстрым шагом) -8-10 км/ч, т.е. кочевья были беззащитны против ударов русских. Кроме того, легкая половецкая конница не могла сдержать в прямом столкновении натиска тяжеловооруженных русичей.

"Что же касается политического единства степных народов, якобы способных противостоять Киевской державе в Х-Х11 вв., то это, скорее всего, миф. Постоянные столкновения из-за пастбищ усугублялись институтом кровной мести, не оставлявшей места для примирения, а тем более объединения. Степной хан скорее мог договориться с русским князем, считавшим, что за удаль в бою не судят, нежели с другим степняком, полностью связанным родовыми традициями. Потому-то покинули родную степь венгры, болгары и аланы, уступившие место азиатам-печенегам и торкам, которых в сибирских и аральских степях теснили куманы именно в то время, когда в Русской земле креп могучий Киевский каганат. Так можно ли думать, что этому суверенному государству могли угрожать разрозненные группы беглецов, тем более что кочевники не умели брать крепости? А набеги и контрнабеги - это малая война, характерная для средневековья".

Изучение русско-половецких отношений только по летописным сведениям дает весьма искаженную картину. И вот почему. В летописях фиксировались события неординарные, из ряда выходящие, т.е. такие, которые, по мнению летописца, стоили внимания потомков. Значит, мы имеем право отнести к таковым и факты столкновений русских со степняками. Повседневные мирные отношения, взаимовыгодный товарообмен, смешанные браки и метисация в зонах контактов русских с кочевниками, т.е. обыденное, привычное для современников в летописи не включалось. Привычное для современников летописца, но не для нас! И вот по сообщениям летописца о неизбежных столкновениях составляется картина отношений между Русью и Степью, весьма далекая от действительности. Отмечается жестокость половцев в набегах и междоусобицах. Это действительно так. А русские дружинники? А их походы в Степь? Как оценить коварное убийство Святополком II и Владимиром Мономахом ханов Итларя и Кытана? Или вероломство по отношению к своему князю Васильку Теребовльскому, которого обманом ослепили? Или поступок Андрея Боголюбского, отдавшего Киев на трехдневное разграбление суздальцам? Русские князья в своих усобицах пользовались услугами не только половцев, торков, но и ливов, ятвягов и др. При этом вопрос о степени добросердечия наемников вряд ли поднимался. Во время войны между Ростово-Суздальской и Новгородской землями в 1216 г. за один день без участия половцев на берегах реки Липицы (21 апреля) полегло 9233 русских воина, убитых русскими же.

В VIII-IХ вв. в далеких заволжских степях обитали многочисленные кочевые тюркоязычные народы. В IX в. в поисках новых пастбищ они начинают движение на за­пад и доходят до границ Восточной Европы. Первым зна­чительным пришедшим народом были печенеги. Их удар ощутили на себе прежде всего хазары. В конце IX в. пече­неги разрушили хазарские крепости на Среднем Дону и прорвались в европейские степи.

ПЕЧЕНЕГИ Печенеги находились на том уровне

формирования ранних форм государства, когда из массы рядовых общинников выделялись наибо­лее энергичные и становились главами родов и военными предводителями. Из числа родовой знати выбирались вож­ди племен. Обычно племя включало в себя несколько ро­дов. Современники печенегов византийский император Константин Багрянородный и персидский географ Гарди-зи писали в своих трактатах, что печенежский союз со­стоял из восьми племен и насчитывал около 40 родов. Печенеги пребывали в постоянном движении и перемеща­лись по степи со своими стадами. Основу стада составля­ли кони и овцы. Долговременных стойбищ у них не было, жилищем служили легкие юрты. Юрта - это круглое жи­лище из войлока и шкур животных на каркасе из дере­вянных жердей. В центре юрты всегда устраивался открытый очаг.

Грабительские войны были важным способом обогаще-

ния племенной верхушки. Печенеги постоянно нападали на соседей, захватывали людей с целью выкупа, уводили скот. Соседние государства стремились заключить с ними мир и откупиться данью.

Хазарский каганат не смог защитить свои владения от вторжения степняков. Печенеги захватили все Подонье и Кубань, продвинулись в Причерноморье. В 892 г. они раз­громили здесь степных угров (венгров) и дошли вплоть до устья Дуная. На рубежах русских княжеств печенеги впервые появились в 915 г. Князь Игорь сразу же заклю­чил с ними договор о мире. Константин Багрянородный писал, что русские стремятся быть в мире с печенегами, так как они не могут ни торговать, ни воевать, ни спокой­но жить, если находятся во враждебном отношении с этим народом. Однако вскоре византийские дипломаты подку­пили печенегов и уговорили их напасть на Русь. Печене­ги устроили страшные погромы в пограничных со степью княжествах. Русь начала вести с ними долгую и изнури­тельную борьбу.

Жестоко страдало от печенегов алано-болгарское насе­ление Хазарского каганата. Некоторые поселения сгоре­ли в огне и прекратили свое существование. Особо сильно пострадало население Подонья и Подонцовья. В Приазо­вье погромов не было. Многие аланы и болгары (русские летописи называют их Черными Болгарами) вошли в пле­менной союз печенегов и стали кочевать вместе с ними. Значительная часть оседлого населения осталась на сво­их местах.

Только в 1036 г. Ярослав Мудрый сумел разбить под Киевом большое печенежское войско и положить конец их набегам.

Вскоре печенегов стали теснить с востока родственные им кочевые племена торков. В состав торческого союза входили также берендеи, одна из групп заволжских пече­негов, боуты и другие племена. Под ударами русских и

напором торков печенеги рассеялись в степи, частично от­кочевали к Дунаю, частично перешли на пограничную службу к русским князьям и поселились на реке Рось на правом берегу Днепра.

ТОРКИ Господство торков в Восточной Европе было ]

недолгим. Уже в 1060 г. объединенное войско русских разбило их наголову. Как и печенеги, оставшие-ся торки расселились небольшими группами на границах Руси, либо откочевали к Византии. До разгрома основные кочевья торков располагались в Донецкой области в бас- сейне реки Казенный Торец. От них происходит целая се-

рия гидронимов (названия рек) и топонимов (названия местности): Сухой, Кривой, Казенный Торец, Большой

Тор, Торецкое городище и город Тор (современный Сла- вянск), поселки Торецкое и Торское в Константиновском и Краснолиманском районах, Краматоровка (современный Краматорск) на Казенном Торце.

Именно в этом степном микрорайоне обнаружены не-многочисленные погребения торков: у села Торское в Крас-нолиманском районе и города Ясиноватая Донецкой области. Во многом они похожи на печенежские. Торки, как и печенеги, хоронили своих сородичей в курганах в ямах с деревянным настилом. Сверху настила клали голо-ву и ноги коня. Самого коня родственники съедали во вре-мя тризны (тризна - поминки). Конь был обязательным элементом захоронения. Кочевники верили, что покойные въезжали в «рай» на коне. Арабский писатель и историк X века Ибн-Фадлан детально описывает погребение умершего торка: в большую яму помещают покойника, одетого в кур-тку, с поясом и луком, с чашей в руках; потом сородичи убивают лошадей и съедают их мясо, кроме головы, ног, ко-жи и хвоста, которые помещают на деревянном перекрытии.

В середине XI в. место печенегов и торков в степи за-

няли половцы. Однако небольшие их группы по-прежне­му кочевали между Днепром и Доном. В начале XII в. Вла­димир Мономах во время одного из походов на половцев встретил в низовьях Днепра орду печенегов и торков и увел их с собой.

ПОЛОВЦЫ О половцах русские летописи впервые упо­минают в 1054 г. Европейские хронисты назы­вают половцев команами (или куманами), восточные - кипчаками (или кыпчаками). Вся половецкая земля по­лучила название Дешт-и-Кипчак. Такое название офор­милось в XII в., когда половцы прочно основались в Европе. Владения половцев простирались от правого бе­рега Днепра до заволжских степей, охватывали Северный Кавказ. Они полностью освоили степь в этом простран­стве.

Тяготение половцев к открытым степным просторам объясняется их кочевым образом жизни. Кипчаки были ти­пичными кочевыми скотоводами. Они разводили лошадей, верблюдов, коз и овец, буйволов и коров. В теплое время года половцы кочевали по степи. В холодное время, в отли­чие от печенегов и торков, устраивали зимовники. Такие зимние становища (сезонные поселки) в русских летописях назывались вежами. Они состояли из юрт и кибиток. Зи­мой скот свободно пасся вокруг становищ. Незначительная часть половцев оседала на землю и занималась примитив­ным земледелием. В основном это происходило вокруг су­ществовавших ранее городов или больших местных поселков. Основными продуктами питания были мясо жи­вотных и коровье молоко, кумыс (переработанное лошади­ное молоко), каши из проса и пшеницы.

Жизнь половцев, как и всех кочевников, была нераз­рывно связана с конем. Все от мала до велика были пре­красными наездниками. Конь сопровождал половцев и

после смерти. В могилы мужчин и женщин клали, как правило, целого коня, уздечный набор, стремена, иногда седло. Умерших хоронили в уже существовавших курга­нах или насыпали над их могилами новый земляной холм. К мужчинам клали большую искривленную железную саблю, лук и несколько стрел, к женщинам - недорогие украшения. В богатых погребениях находят золотые и серебряные витые браслеты и гривны, круглые зеркала, серьги, колты (большие кольцевидные височные подвес­ки с полой фигурной бусинкой) древнерусского происхож­дения, медные котлы, дорогую посуду, остатки дорогой одежды с золотым шитьем и нашивными золототканны-ми лентами. Богатые женские погребения с золотыми предметами найдены в курганах у села Новоивановка в Амвросиевском районе, возле Ясиноватой.

Одежда была хорошо приспособлена для верховой езды. Половцы носили узкие штаны, сапоги с узкими го­ленищами до колен, рубахи, короткие кафтаны без воро­та, башлыки (островерхие шапки). Костюмы женщин были похожими, но отличались богатой отделкой. Замуж­ние женщины-половчанки носили сложные и красивые

головные уборы, укра­ шения. В обычае муж­ чин было отращивать на затылке (лоб и ма­ кушка выбривались) длинные волосы и зап­ летать их в две или три косы. Этот обычай вообще характерен для многих тюркских народов; от тюрков он Золотые украшения перешел в средневеко-

из половецкого погребения вый Китайюю. Одежда

с. Новоивановка, Амвросиевскийр-н Донецкой обл. половцев и убранство

хорошо известны по описаниям восточных и европейских путе­шественников, находкам в погре­бениях и каменным скульптурам.

Каменные изваяния

Эти скульптуры получили название «каменные бабы». «Баба» - искаженное «балбал», «бабай» (по-тюркски - сильный, уважаемый, воин-богатырь). У кипчаков еще до проникновения в Европу сложился обычай уста­навливать на курганах и высо­ких местах каменные (очень редко деревянные) изображения умерших предков. Почитание предков занимало центральное место в их специальных святилищах. Одно из таких святилищ было раскопано ар­хеологами недалеко от Донецка. Каменным «бабам» при­носились дары, у них просили защиты и покровительства. Этот обычай кратко и точно описал по­сол французского короля Вильгельм де Рубрук, который встретил половцев по дороге к монгольскому хану в 1253 Г. Он писал, что «команы (т.е. половцы) насыпают боль­шой холм над усопшим и воздвигают ему статую, обра-щенную лицом к востоку и держащую у себя в руке перед пупком чашу». Из многих сотен половецких изваяний в музеях Донецкой области сохранилось только несколько десятков.

Половцы Восточной Европы были частью огромного кипчакского мира, но исторически оказались прочно свя-занными с европейскими народами, прежде всего со сла­вянами.

Еще до прихода половцев между древнерусским госу-дарством и степными кочевниками сложились непростые отношения. Как и все средневековые кочевники, полов-

цы нападали на оседлое славянское население, грабили и уводили в плен людей. Уже в 1068 г. «Повесть времен­ных лет» отмечает первый набег половцев на Русь. Набе­ги продолжались до начала XIII в. и вызывали ответные походы русских дружин. Летописи упоминают около 40 удачных и неудачных нападений степняков и русских. Особой активностью отличалась половецкая политика Владимира Мономаха. В начале XII в. он несколько раз нападал на половцев (1103, 1109, 1111, 1116 гг.) и нано­сил им большой урон. Русские люди сталкивались преж­де всего с пограничными половцами, кочевавшими в Поднепровье и на Дону. Доном в средние века называли Северский Донец. Именно сюда ходили в первую очередь русские отряды. Только один раз Владимир Мономах на­правил свои дружины в Приазовье. Летописи различают половцев от Дона (т.е. от Северского Донца), моря (Азов­ского) и от Днепра. В трех этих районах находились три самые крупные в Восточной Европе половецкие племен­ные объединения.

Центр половецкой земли находился в Северном При­азовье. Русские летописи называют эти земли Лукоморьем. Наивысшая концентрация каменных изва­яний (т.е. святилищ рядом с традиционными зимовника­ми) приходится на южные районы Донецкой и Запо­рожской областей. За исключением одного раза (1103 г.), Приазовье находилось вне досягаемости русских дружин. В Приазовье отмечены самые ранние половецкие извая­ния XI в., т.е. расселение половцев в Поднепровье и По-донье происходило именно отсюда.

Крупным центром половцев от Дона были укреплен­ные городища на Северском Донце у сел Богородичное, Си­дорове и Маяки в Славянском районе Донецкой области, открытые в 20-е годы Н. В. Сибилевым. Они возникли еще в хазарское время. Вместе с половцами здесь проживало оставшееся оседлое алано-болгарское население. Возмож-

но, это летописные города Ша-рукань, Сугров и Балин, кото­рые в 1116 г. ходил покорять Владимир Мономах. В одном из городов Мономаха встрети­ли христиане.

Недалеко от указанных го­ родищ, в верховьях реки Тор (Казенный Торец) располага­ лась ставка могущественного хана Кончака (где-то в районе Славянска). В 70-80 гг. хан Кончак (внук хана Шарукана, впервые напавшего на Русь) Н. В. Сибилев

неоднократно нападал на рус- (1873-1943)

ские княжества (1174, 1178, 1183, 1185 гг.). Он сосредо­точил в своих руках большую власть и пытался создать единое половецкое государство. Возглавляемое Кончаком Донецкое объединение кочевых орд было одним из самых крупных в половецкой земле. Хан Кончак проводил осторожную и тонкую политику по отношению к своему могущественному соседу - Руси. Его традиционными со­юзниками были черниговские князья - Ольговичи. Од­ного из пленных князей - Владимира Игоревича (представителя рода Ольговичей) - хан женил на своей дочери и через год с ребенком отправил домой.

Весной 1185 г. новгород-северский князь Игорь пред­принял военный поход на земли Кончака. В знаменитой средневековой русской поэме «Слово о полку Игореве» князь так говорит о целях похода: «Хочу копьем прибить край половецкого поля!» Вместе с дружинами четырех князей (см. документ № 3) Игорь перешел Северский До­нец в районе Изюма, захватил первую добычу и стал го­товиться к решающей битве. Она произошла на реке Каяле (видимо, река Макатыха в Славянском районе). На

Каменные изваяния из села Благодатное, Амвро-сиевский р-н Донецкой обл.

рассвете 11 мая, в субботу, половцы под командованием ханов Кончака и Гзака со всех сторон окружили рус­ских. В полдень 12 мая бит­ва закончилась полным разгромом русских и плене­нием самого Игоря. «Расте­рял он дружину в поле. Утопил нашу славу в Каяле. Пересел из седла золотого в седло неволи!» («Слово о полку Игореве»). На дру­гой день после битвы Кон-чак направил раненого Игоря в свою ставку, а сам

с войском двинулся на Переяславль. Гзак пошел на Пу-тивль. В плену Игорь, однако, пробыл недолго: еще до возвращения Кончака ему удалось бежать (см. доку­мент № 3).

Объединительные тенденции в половецком обществе особо заметно усилились при сыне Кончака - Юрие Кон-чаковиче. Русские летописи называют его «большим всихъ половцев» - т.е. самым большим (знатным) полов­цем. Хан Юрий возглавил большой половецкий отряд в одном из первых сражений с монголо-татарами в 1223 г. Однако дальнейшему объединению половецких земель под властью одного рода помешали удары русских дружин в начале 90-х годов XII в. Половецкие набеги на Русь пре­кратились.

В конце XII в. - начале XIII в. в половецком обще-стве усилились процессы феодализации и имущественно-го расслоения. Все больше кочевников оседали на земле. Все эти процессы были прерваны страшным бедствием XIII в. - монголо-татарским нашествием.

БИТВА НА Впервые монголо-татары появились в

КАЛКЕ 1223 г. Европе в начале 1223 г. Это был разведы­вательный в целом поход, который в воз­главили полководцы Джебе и Субедей. Пройдя Дербентский перевал, монголы проникли на Северный Кавказ и встретили здесь сопротивление половцев и алан. Персидский историк Рашид-ад-Дин писал, что они «сооб­ща сразились с войском монголов, никто из них не остал­ся победителем». Тогда монголы разбили их поодиночке. С остатками своей орды хан Котян перешел Дон, Приазо­вье, Днепр и обратился за помощью к своему зятю Мстис­лаву Галицкому. Он уговаривал русских князей объединиться: «Если не поможете нам, то сегодня мы бу­дем разбиты, а на другой день - вы». Мстислав Галиц-кий заявил на совете в Киеве: «Если мы, братья, не поможем им, то половцы предадутся татарам, и их сила будет больше». Князья решили действовать вместе с по­ловцами.

Первая стычка с монголами на левом берегу Днепра была удачной для русских. Началось преследование, ко­торое длилось 8 дней. Оно привело русско-половецкие вой-ска в центр приазовских степей. Здесь находились главные силы монголо-татар. Решающее сражение про­изошло 31 мая 1223 г. на реке Калке (река протекает в Володарском районе; точное место битвы еще не установ­лено). Из-за несогласованности действий между князья­ми русское войско не имело общего командования и единого плана. Часть дружин и половцы перешли на ле­вый и берег реки, часть, во главе со «старейшим» князем Мстиславом Киевским стала лагерем на каменистой воз­вышенности на правом берегу Калки. Хорошо организо-ванное монгольское войско напало из укрытия и разбило половцев, дружины Мстислава Галицкого и других кня-зей; затем окружило лагерь Мстислава Киевского. После безрезультатной трехдневной осады монголы обманом вы-

нудили защитников сдаться и устроили страшную распра­ву над пленными: «людей посекли, а князей задавили, положив под доски, а сами поверх сели обедать». Летопи­сец сообщает, что «... был вопль и печаль по всем городам и весям» земли Русской.

Калкинское побоище вошло в историю как апофеоз феодальной раздробленности Киевской Руси. Последствия этого поражения для европейских половцев были катаст­рофическими. После поражения на Калке они перестали быть самостоятельной политической силой и так никогда и не создали своего собственного государства. Для полов­цев наступил трудный период монгольского владычества.

Вопросы и задания:

    Выпишете в тетрадь основные даты из истории поздних ко­чевников.

    Чем отличался образ жизни донецких печенегов и торков от

образа жизни половцев?

    Покажите на карте границы обитания половцев (Дешт-и-Кипчак). Какое место занимали в нем донецкие земли?

    Каких половецких ханов вы запомнили?

    Что такое «каменная баба»? В каких музеях Донецкой обла-

сти хранятся коллекции половецких скульптур?

6. На основании отрывка из Ипатьевской летописи восстанови-

те маршрут бегства князя Игоря из половецкого плена.

Документы:

1. Иоан де Плано Карпини. «История монголов» «...Этих Команов перебили Татары. Некоторые даже убе­жали от их меча, а другие обращены ими в рабство; однако многие из бежавших возвращаются к ним. ...Эти люди были язычниками..., не обрабатывали земли, а питались только ско­том, они не строили также домов, а помещались в шатрах».

2. «Повесть временных лет»

«... И миров заключил (Владимир Мономах) с половецкими князьями без одного двадцать, и при отце, и после отца, а пе­редал много скота и много одежды своей. И отпустил на волю из оков лучших князей половецких столько: Шаруканевых двух братьев, Багубарсовых трех, Осеневых братьев четырех, а все­го других князей лучших 100. А самих князей Бог живыми в руки передавал: Коксусъ с сыном, Аслан Буркевич, Торевский князь Азгулуй, и иных кметей молодых 15, этих кметей, приведя жи­вых, зарубил и бросил в ту речку Сальню. А врозь перебил их в то время около 200 лучших мужей».

3. Ипатьевская летопись

«... В год 1185 ... В то же время Игорь Святославович, внук Олегов, поехав из Новгорода <Северского> месяца апреля, в 23-й день, во вторник <в поход против половцев>, взяв с собою бра­та своего Всеволода из Трубчевска и племянника Святослава Олеговича, из Рылъска и сына своего Владимира из Путивля, а у Ярослава <Черниговского> выпросил в помощь себе Олъсти-на Олексича, Прохорова внука, с ковуями черниговскими. И так шли они медленно, собирая дружину свою. ... Игорь же Свято­славович в тот год был в плену в Половецкой земле... Полов­цы, как бы стыдясь его воеводства, не делали ему ничего дур­ного, но приставили ему сторожей 15 из сынов своих, да еще 5 познатнее, так что всех было 20. И свободу ему давали: где хотел, там и ездил, и охотился с ястребом. А своих слуг с ним ездило 5 или 6 ... Но возвращались от Переяславля половцы... Князь же Игорь ...стал тревожиться... и искать случая к по­бегу. Нельзя было ему бежать ни днем, ни ночью, ибо сторожа стерегли его. И только время какое такое он нашел - на захо­де солнца. И послал Игорь к Лавру (половецкий помощник Иго­ря) конюшего своего сказать: «Приезжай на ту сторону Тора с конем в поводу» -он уговорился с Лавром бежать на Русь. В то же время половцы напились кумыса. Было это вечером. Пришел конюший и поведал князю своему Игорю, что ждет его Лавр. В страхе и трепете встал и поклонился образу божие-му и кресту честному... и, надев на себя крест и икону, поднял полы вежи и вылез наружу. Сторожа же его играли и весели-

лись, а князя считали спящим. Он же, дойдя до реки, перешел ее вброд и сел на коня. И так прошли они оба через половецкие вежи. Это избавление сотворил господь в пятницу, вечером. И шел князь пешком 11 дней до города Донца (древнерусский го­род в современной Харьковской области). И оттуда пошел в свой Новгород <Северский>. И все обрадовались ему».